Приключения солдата Ивана Чонкина(2007)

Лётчик Мелешко во время учений идет на экстренную посадку в районе деревни Красное. Охранять аварийно севший аэроплан высылают солдата Ивана Чонкина. Он знакомится с деревенскими жителями и почтальоном Нюркой Беляшовой, у которой остаётся жить.

Председатель колхоза Красного Голубев узнает о красноармейце Чонкине и принимает его за тайного ревизора. Сосед Нюрки Гладышев рассказывает о пуксе — гибриде картошки и помидора. Председатель требует у счетовода поднятия показателей деревни с помощью приписок, а сам готовится понести наказание.

Федька, местный враль, рассказывает Чонкину глупую сплетню: «У Нюрки мужика отродясь не бывало… так с Борькой и жила, с кабаном её». Иван приревновал Нюрку и хочет убить кабана, «чтоб и разговоров, значит, таких не было!» Они ссорятся, Иван ночует под аэропланом. Утром Чонкин идет к соседу Гладышеву, тот поит его самогоном собственного производства, главным ингредиентом которого являются… фекалии. От выпитого Ивана сильно стошнило. Прибегает Нюрка и сообщает, что в городе войну объявили.

В селе паника. Начинается митинг. Выступают Голубев, счетовод Волков, Килин и передовик сельхозпроизводства Люшка Мякишева, приехавшая к мужу из столицы. Тем временем баба Дуня скупает в сельмаге мыло, соль и спички, мотивируя это такими словами: «Когда такие дела творятся-то!» Кто-то узнаёт об этом, и все краснинцы бегут к магазину.

Краснинцы дерутся за мешок бабы Дуни с запасами. Успокаивает всех Жикин, стреляя из винтовки Чонкина. Припасы делят поровну. Гладышеву снится, что лошадь Осавиахим стала человеком, а утром он находит её подкову. Килин и военком отбирают людей в солдаты, тем временем Нюркина корова съедает пукс. К капитану НКВД Миляге приводят еврея, выдающего себя за отца товарища Сталина…

По документам еврей является Сталиным, но однофамильцем, и Миляга отпускает его, опасаясь проблем. Вскоре к нему приходит анонимка Гладышева, который требует арестовать Чонкина. В Красное выезжает группа НКВД лейтенанта Филиппидзе. Голубев пытается скрыться в правлении, будучи уверенным, что «это за ним». Его запугивает опергруппа, но сама вместе с позже выехавшим за ней Милягой попадает в руки Чонкина.

Опергруппа съедает всю Нюркину еду. Чонкин идет к Голубеву, и тот, будучи в состоянии алкогольного опьянения, соглашается выделить НКВДшникам фронт работ, оформив их как оказывающих шефскую помощь. Показатели деревенского колхоза увеличиваются. Секретарь райкома Ревкин звонит в Красное, чтобы узнать, где находятся сотрудники НКВД. Из-за плохой связи Ревкин всё путает и докладывает генералу Дрынову, что опергруппа попала в лапы «банды» Чонкина. Миляга убегает от Чонкина, но попадает к вошедшим в село красноармейцам.

Дрынов и Ревкин выезжают в штаб красноармейцев, где узнают о поимке Миляги, которого сочли за «языка». Лейтенант Букашев допрашивает Милягу на ломаном немецком языке, а Миляга, полагая, что он находится в руках у немцев, выдает себя за «штандартенфюрера Миллега». Милягу расстреливают.

В это время полк идет в атаку на Нюркин дом, по ошибке надев зимние маскхалаты. Чонкин сперва из винтовки, а затем — из самолётного пулемёта отбивает нападение «вражеских войск», но в действие вводится артиллерия: два выстрела (из наличных трёх снарядов) из «сорокапятки» прямым попаданием разрушают сортир Гладышева и часть дома Нюры. Чонкин оглушён. Приближается генерал, и пришедший в себя Чонкин тут же узнаёт его и начинает оправдываться. Приводят арестованных «бандой Чонкина» НКВДшников. Генерал, выслушав Чонкина и уточнив обстоятельства, даёт тому поощрение в виде месячного отпуска, приказывает выдать ему дополнительное довольствие и обмундирование для продолжения несения службы у самолёта. Возмущённый Филиппидзе достаёт и показывает приказ о «задержании дезертира Ивана…» (в котором казённая печать пробита пулей), но генерал, здраво рассудив, что Иванов много и всех арестовать нельзя, и что «на нет и суда нет» — игнорирует его.